Автор Супруненко София   
26.07.2003 г.
(дневник похода по Кутсайоки летом 2003 г., написанный Софией Супруненко по ее же памяти)

26.07 
Загрузка: рюкзаки тяжелющие, девушкам их нести вообще практически невозможно. Мой - неподъемный. И хотя я доказывала, что это за счет резины для катов и сала на весь поход, была выдвинута версия, что это Антон Федоренко, который помогал мне укладывать рюкзак, что-то туда подложил. Во всяком случае не нашли ничего. 
Глеба не было до самого отправления. Тема успокоил просто (тогда я впервые услышала): "Уж если идут семеро, идет и восьмой". Он зашел в поезд, как позже оказалось - по своему обыкновению - в последнюю минуту. 
В поезде я сразу завалилась спать и проспала, наверное, до самого Питера. Сказались две предыдущие бессонные ночи. Помню только сквозь сон, как кто-то меня кормил бананом, и как заполняли декларации на границе, куда я дела декларацию - уже не помню.


27.07 
Питерские улицы в воскресенье утром казались слишком малооживленными, и все равно как-то особенно чувствовался "дух Питера". Ладожский вокзал оказался настолько новым, что практически была только конструкция вокзала, внутри не оборудованная ни перекусочными, ни магазинами, ни обменниками. Мы проехали две остановки на метро, чтобы поменять деньги. Конечно, с удовольствием и при первой же возможности приобщились к питерскому пиву. Не переставали делать этого и в поезде. Должна отметить, что пиво просто отменное! 
В поезде мы все активно продолжали поглощать российское пиво, постепенно переместились (частично, правда) в сторону вагона-ресторана. Там особенно запомнилось местное Ярпиво, которое напрочь срубило Глеба, да и нас с Ольчиком существенно подкосило. Тема держался. Еще в поезде, около 22-00, заметили, что солнце-то светит ярко, как днем. Почти так же продолжилось и до двенадцати ночи. Все-таки въехали в Заполярье!


Питерские улицы в воскресенье утром казались слишком малооживленными, и все равно как-то особенно чувствовался "дух Питера". Ладожский вокзал оказался настолько новым, что практически была только конструкция вокзала, внутри не оборудованная ни перекусочными, ни магазинами, ни обменниками. Мы проехали две остановки на метро, чтобы поменять деньги. Конечно, с удовольствием и при первой же возможности приобщились к питерскому пиву. Не переставали делать этого и в поезде. Должна отметить, что пиво просто отменное! 
В поезде мы все активно продолжали поглощать российское пиво, постепенно переместились (частично, правда) в сторону вагона-ресторана. Там особенно запомнилось местное Ярпиво, которое напрочь срубило Глеба, да и нас с Ольчиком существенно подкосило. Тема держался. Еще в поезде, около 22-00, заметили, что солнце-то светит ярко, как днем. Почти так же продолжилось и до двенадцати ночи. Все-таки въехали в Заполярье!


28.07
 
По прибытии в Кандалакшу выгрузили рюкзаки, сами повалились на траву. Адмирал ушел искать машины и договариваться с водителями. Мы валялись на травке, попивали пиво. Пополнили запасы сигарет, пива, хлеба и других продуктов. Ребята договорились с водителями, подошел Адмирал. 
Пока ехали в легковушках до Алакуртти, допили оставшуюся бутылку Мадеры. К удовольствию экипажа нашей машины и к разочарованию другой, все купленное пиво находилось только у нас. Скучать не пришлось, скорее наоборот. Вследствие этого приходилось несколько раз останавливаться. Правда, в другой легковушке тоже не скучали - ее водитель своими разговорами несколько достал Ольчика, после чего она пересела назад, а Ромка продолжил его развлекать. Во время одной такой остановки я впервые (и единожды за поездку) нашла ягоду морошки, о которой Ромка рассказывал в поезде. 
Окрестности Кандалакши, вся дорога до Алакуртти, впрочем, как и Кольский в целом, более чем поражают своей необычайной красотой. Растет очень много Иван-чая - целые кустарники высокой травы, усыпанной яркими розовыми цветочками, много самого разнообразного и разноцветного мха, но в основном он бело-желтый. От всего этого сопки получаются в ярких зелено-розово-белых красках. К тому же - низкое, слегка в тучах, небо. 
В Алакуртти пересели в грузовик с крытым кузовом. Пока ехали до Алакуртти, немного покапывал дождик, и небо не было совсем светлым. Но с Алакуртти и до конца дня было очень тепло (мы ехали в шортах и майках), светило солнышко. Очень мягкое лето на Кольском, с точки зрения климата. 
В грузовике мы наконец-то открыли водку - первую походную. Ромка ехал впереди с водителем, а мы по кругу передавали бутылку. На определенном этапе мы почему-то поняли, что нам уже срочно пора фотографироваться. Почему-то. Наверное, потому, что некоторые начали вырубаться, лежа на полу грузовой кабины. Добрый водитель предложил нескольким из нас прокатиться на кузове. Туда полезли Артем, Тема, Ольчик и я. Ромка остался сидеть впереди. Коля, судя по тому, что позже никто не вспомнил, где же он ехал, мирно уснул в районе расположения рюкзаков в грузовике. Влад и Глеб, судя по их конечному состоянию при выгрузке, всю дорогу продолжали попивать водку. 
Сидя на крыше грузовика, нам открывалось просто очень красивое зрелище: лес вокруг состоял в основном из берез, при чем все они были достаточно невысоки, т.е. заканчивались как раз где-то чуть ниже уровня наших голов. Светило солнышко (не солнце, а именно так - солнышко) и отблескивало на березовых листьях; дорога была просто обычная грунтовая, несколько ямистая, от чего нас методично покачивало и приходилось цепко держаться за машину и друг за друга. Было очень тепло, хотя и нисколечко не жарко. И мы действительно орали песни - наперебой и все вместе, какие помнили. Веселились. 
Когда я по остановке попробовала воду в озере - почти испытала шок: вода была теплющая. Как только мы остановились и выгрузили вещи, первое, что сделали практически все - полезли в воду, и долго бултыхались и плескались в озере. Первое дежурство было Ольчика и Темы. И плюс к тушенке мы уже кушали жареную рыбу, пойманную на месте водителем, Колей и Артемом. Начали собирать катамараны. Грибов пока не нашли, черники мало. Уснуть я смогла только после двух часов ночи. Было настолько светло, что я просто никак не могла осознать, что уже ночь. 
Очень красивое озеро Юрхяяври: большое и спокойное, лесистые берега отражаются в воде.


29.07
 
Утром кушали "горохові пластівці". Команда дружно поворчала в их сторону, хотя мне лично они понравились. Я даже дома с тех пор их готовила. Во всяком случае, с того утра их больше в нашем рационе не было на протяжении всего похода. 
Вначале, когда плыли по озеру, некоторое время приспосабливались в гребле друг к другу, особенно наш экипаж - Выхухоли, который в таком составе сел на весла впервые. На шиверах оказалось очень сложно "проводить" каты: бурное, иногда даже сильное течение воды, и при этом - мелко; абсолютно не ровное (потому что заваленное камнями и иногда даже острыми - это позже подтвердил Колин подбородок) дно, идти по которому не падая практически не возможно - то резко мелко, вода не доходит и до колен, то резко глубоко - больше чем по пояс. Так и получалось, что иногда - мы проводим каты, иногда - они нас. Плюс к тому же Ромка кричит: "Всем слезть с ката!", Глеб: "София, оставайся на кате!", Влад вообще спрыгивает в воду при первой же возможности и готов тянуть на себе и кат, и весь экипаж. Помучались мы на славу на шиверах. Набили себе синяков, побили коленки, а когда нас догнали Солнышки, то оказалось, что Коля еще и поранил подбородок. На первый взгляд рана казалась несущественной, но на самом деле оказалась достойной того, чтобы ее зашивать. Должна сказать, что сплавлялись мы в первый день весьма немного. В основном - шиверы и пороги, ближе напоминавшие шиверы. Первым порогом для обноса был Каньонный. Красивый и длинный порог, но обнос никому не понравился, а сколько их было еще впереди! 
Прыжок был первым реальным порогом, который можно было пройти. Единственное - немного узкий вход, в который можно и не попасть. Решили поберечь шкуры катамаранов и обнестись. Обносили вещи достаточно далеко - сразу аж за порог Щечки, где и остановились на ночь. 
Пока ребята носили, Ольчик пошла сторожить вещи уже на стоянке, я оставалась делать то же на п. Прыжок. Влад бесился: залазил на отвесную скалу над рекой насколько мог высоко и прыгал в воду. Тут мы и встретились впервые с группой туристов-хирургов (7 человек). Конечно же, они, осмотрев Колю, решили срочно его зашивать! И долго обсуждали как. Ну и, конечно, нитки у них тоже были с собой! Мы с Колей долго и безуспешно пытались его побрить (должна отдать должное густоте волосистого покрова у Коли на лице!). Пришлось хирургам справиться и так.


30.07
 
В это утро дежурили мы с Глебом - в первый раз. Я раньше никогда самостоятельно в походе не готовила и почему-то на Глебовские способности особо не надеялась. Тем не менее, когда я проснулась утром, уже было слышно, как он во всю готовит дрова для костра. Добрый завхоз Тема накануне сказал нам варить молочную рисовую кашу и выдал продукты на это блюдо. Оказалось, что ни я, ни Глеб не знали, как это делается. Решили сначала сварить рис, а потом добавить сухое молоко. Рис кое-как, но сварили. Необходимую добавку сухого молока я определила, исходя из своего опыта готовки молочных детских каш для доци: по 4 столовых ложки сухого молока на одну порцию. Когда такое количество продукта было добавлено к рису (16 столовых ложек!), получилось так, что все молоко слиплось в один большой вязкий кусок. Все оставшееся время до завтрака, пока встали ребята, мы провели по-очереди размешивая и растирая в рисе кусочки слипшегося сухого молока, при чем это было весьма нелегкое занятие. Все-таки, с добавлением сахара и изюма, по словам команды, каша получилась. Правда, смотря на наши загадочные улыбки, Влад почему-то сделал предположение, что куски молока мы давили ботинком :). 
Проходить п. Горку и п. Кавказский нам с Олей мужчины не дали, мол, по причине, что нужно то проводить кат, то сплавляться, а это может быть сложно (из предыдущего дня мы знали, что это действительно сложно). Да и камни там были с виду серьезными. Помощнее, чем на шиверах. Мы перемещались за ребятами по берегу и фотографировали. После п. Кавказского карельский Башкаус впадает в озеро Пюрхяярви. 
На берегах Пюрхяярви стояло достаточно много групп, одна из них заманчиво топила баню. Мы же пристали к берегу только перекусить, и вышли в Кутсайоки. 
Практически сразу за поворотом оказался п. Сомнительный. Честно говоря, глядя на него, я поняла, почему он так называется: весьма длинный порог, с тремя сливами, два из которых достаточно высокие - более 1 метра. При этом весь порог все время поворачивает то влево то вправо. В общем, глядя на эти камни - первый серьезный порог в моей жизни - я действительно засомневалась - идти ли в него. Пока шел Солнышко, решила - проходить. Двое стояли на страховке, двое - с фотоаппаратами, Солнышки прошли "на ура". Правда, до начала их сплава в глазах Ольчика я не могла не заметить тот же вопрос, что терзал и меня. Нас же, уже на выходе с порога достаточно сильно прижало к камням, спрыгнуть мы не смогли - пришлось эвакуироваться на берег. Чтобы предупредить постоянные спрыгивания Влада в воду с ката на шиверах, Ромка запретил ему без его команды покидать судно. На Сомнительном Владу, как и всему экипажу, пришлось это сделать. К пребольшому всеобщему сожалению с порога мы вышли рваные - первое боевое ранение Выхухоли. На Глеба и жалко и страшно было смотреть. Больше всего его возмущало, что ладно бы - произойди это при сильной колбасне, но ведь просто сели на камни - и только то! Как оказалось позже, Солнышко тоже слегка пострадал - разошлась старая рана. 
После порога мы вышли на небольшое озеро, и тут наконец-то полил дождь. Еще когда мы ехали с Алакуртти, мы долго решали, откуда начинать движение. По словам аборигенов, дождей не было давно, и группы жаловались на малую воду в целом и на непроход Карельского Башкауса в частности. Тема сказал: "Если я пойду на Башкаус, хоть и не будет воды, - я жалеть точно не буду, а если не пойду и узнаю, что вода есть, - жалеть буду". Так и пошли. Но с самого начала мы дружно желали ливня, который поднял бы уровень воды. И вот тут то ливень наконец пошел, и вода на самом деле несколько поднялась. Но случилось это уже только после Сомнительного, когда река Красненькая была уже пройдена, вернее - обнесена. Но это был реальный ливень. Вскоре мы пристали к берегу. Сначала просто стояли под деревом - в мокрых одеждах и касках. Ливень достаточно быстро перешел в дождь, а потом и вовсе закончился. И хотя периодически покапывало, он уже не был таким сильным. 
Мы натянули оба брезента, под одним свалили рюкзаки, под вторым расположились сами. В тот вечер Тема впервые достал гитару (одними из первых спетых им песен были "По речке плыл катамаран…", "18-й февраль", "Лето - это маленькая жизнь"). Влад развел спирт с водой с озера - нам было что отметить: первый серьезный порог на маршруте. Для максимально быстрого и эффективного достижения желаемого состояния с подачи Коли было введено правило "первые 3 не закусывая". Все это, а также естественно близкое взаимонахождение вследствие дождя и немного пониженной температуры (не было жарко!) достаточно сильно разогрело вечер, перешедший в ночь. Долго и много пели, любовались яркими красками белой ночи. Где-то около двух часов ночи оказалось, что Влад приберег пачку сигарет "Winston One" - с тех пор получивших название "сигареты похода" (до этого никто не курил с момента отплытия с берега Юрхяярви). Спать легли в 4 часа ночи.


31.07
 
Долго вставали, кушали, купались, мылись, разбредались по территории. Оказалось, что мы стоим на некоем небольшом полуострове, с другой стороны которого продолжала свое течение Кутсайоки, и, собственно, размещался следующий порог - Муравей. Вся команда по-очереди - по одному, по двое - периодически исчезали с места стоянки для наблюдения сплавляющихся групп на пороге. Ромка с Ольчиком, как самые сознательные и ответственные, с самого раннего утра чинили каты. Глеба еле-еле, да и то не на долгое время, удалось привлечь к починке его же Выхухоли, он все отмахивался, что не может на это смотреть, так как раны совсем не боевые, и получены не заслужено. 
В Муравей первыми пошли Солнышки. После первого слива в небольшом улове их неудачно развернуло, и во второй, весьма узкий слив, они пошли вперед кормой. Странно, что ни в каких описаниях порога я не встречала описания этого слива. Там реально опасная ситуация. Если входить в слив носом, то над правым бортом нависает скальный камень, нижний край которого уходит резким углом параллельно воде, т.е. получается нечто вроде острого выступа. Наверное, у нас был очень низкий уровень воды, так, что этот срез оказался над водой. Поскольку слив еще и немного поворачивает влево, задний правый человек идет прямиком на этот угол. Поскольку Солнышко входил кормой, задним правым человеком оказалась Оля, которая шла на срез камня еще и спиной. Некоторые наши не наблюдали этот сплав, но я тогда реально за нее испугалась. Благо, все обошлось только срезанной камнем трубой на кате. 
У нас на Выхухоле перед Муравьем произошла пересадка (и, как показало время, удачная!). Мы с Владом поменялись местами: он сел на левый баллон к Глебу, я - на правый к Ромке. Перед порогом мы его долго осматривали, Ромка абсолютно четко прорисовал желаемую траекторию нашего движения, рассказал, на каком участке кто куда гребет (такая практика, кстати, мне лично очень помогла понять, или, точнее, в дальнейшем понимать воду в реке). Уже после БСТ Ромка не говорил, кто что делает, а всего лишь очень точно прорисовывал траекторию движения. 
На Муравье я тоже чуть не попала под камень-срез. Когда мы входили в слив, я поняла, что мое правое колено идет прямо на угол камня. В последнюю долю секунды я всем телом от него вильнула, и удар камня пришелся на трубу за мной. 
Порог БСТ оказался не таким страшным, как мне представлялось из отчетов. Скорее о нем я бы сказала красивый, интересный, необычный, тренировочный - на слаженность команды, на прохождение сложной траектории. Опять же, Ромка очень хорошо объяснил, что где кто делает. Думаю, удачное прохождение БСТ следует отнести именно к этому. 
После БСТ очень быстро - водопад Оба-на. Я это знала и поэтому, как бы Влад ни пытался направить кат к середине реки, изо всех сил выгребала к берегу. Оба-на - на самом деле красивый и сильный порог. Очень даже может быть, что, будь он в конце нашего маршрута, мы бы его все-таки прошли. А так - придется еще раз ехать для прохождения Оба-на и Мамани с 3-й ступени :). Как раз на Оба-на (насколько я помню) родилась из уст Артема одна из Фраз Похода. Перед обносом суден и вещей он сказал: "Господа боди-билдеры, к снаряду!". Оба-на - хороший порог. Запомнилось: на каменистом берегу над этой громадиной рос маленький кустик нежных синих колокольчиков. 
Где-то на таком же расстоянии, как Оба-на после БСТ, находиться водопад Маманя после Оба-на. И это действительно водопад. И для ката сверху действительно непроход. И это просто потрясающее зрелище (особенно - вид со стоянки, на которой мы остановились). Когда подплывать к Мамане, ни самого водопада, ни признаков его приближения по воде не видно. Нет даже ускоренного течения. Только если присмотреться вперед, то можно увидеть не лес по берегам, а лишь верхушки деревьев. Сам водопад, конечно же, поражает. Также поражает (если смотреть сверху) траектория, по которой предстояло обносить вещи и судна. Это - довольно крутой каменистый спуск по левому берегу, без особых уступов, просто гладкий и крутой, который из-за обильных брызг вокруг еще мокрый и скользкий. По нему и без вещей пришлось спускаться весьма осторожно. Поэтому мы с Ольчиком спустились единожды - только вниз - и несли только самые легкие вещи: каски, весла, гитару. Ребята поднапряглись. Меня лично поразил спуск катов. В некоторых отчетах я читала, что обнос суден делали с натягиванием перил-веревок. Мы обошлись без них, и вначале Выхухоль спускали только Влад с Ромкой вдвоем, потом к ним присоединился Глеб. 
Под водопадом и слегка вправо - небольшое озеро, со всех сторон окруженное высокими, можно сказать, крутыми берегами. Некоторое время, находясь под впечатлением от увиденного, мы стояли под водопадом - перекусывали курагой с орехами, и только потом двинулись к дальнему берегу озера, по диагонали от водопада, на стоянку. 
Когда пристали, Влад позвал меня к себе и что-то сунул в руку: "На, пей". Оказалось - 70-ти градусная настойка эхинацеи из общей аптечки. И даже совсем не плохая. И, как оказалось уже позже после похода, ее успели попробовать все. 
В тот вечер тоже была достана гитара. И когда Тема уже устал и ушел спать, с гитарой практиковались Артем, потом - Коля. Тогда же Коля выдал еще одну Фразу Похода. Перефразировав песню, он спел: "…если мясо с ружья ты не ел никогда…" :). И еще он долго вспоминал какую-то песню, в которой, по его словам, пелось "о трактористе и девушке, которая его ждала…". Мы так и не смогли догадаться, что же он имел ввиду. И только через пару дней, когда шли по реке, Выхухоль плыла первой, нас догоняли Солнышки с криками Артема: "Глеб, подожди! Ты знаешь, какую песню хотел спеть Коля? - …И дорогая не узнает, какой у парня был конец…". Насмеялись вволю. 
В тот же вечер Глеб с Артемом сделали "пробежку" по крылатым фразам и песням советских фильмов и мультиков по десятилетиям. С того вечера и по сей день такие регулярные "пробежки" вошли в привычку на каждой встрече. И когда мы подымались по склону в Карпатах - спустя 3 месяца - и я постоянно отставала от всех, сзади шли Глеб с Артемом, которые не давали мне останавливаться. И однажды я услышала что-то необычное позади себя, оглянулась - а они стояли и напевали: "…Под крылом самолета о чем-то поет зеленое море тайги…" 
Когда мы наконец-то разошлись по палаткам, а на улице, уже для нас привычно, было светло, оказалось, что еще не спят Тема с Олей. По этому поводу мы достали водку-перцовку с медом и еще некоторое время пили вчетвером. Постепенно ребята вырубились, пришлось нам с Ольчиком продолжить вдвоем (по кругу :)).


01.08
 
Потрясающая дневка в потрясающем месте. Конечно, местные красоты мы не могли не заметить накануне. Но все равно, этот день порадовал нас всем. Стояла теплая и солнечная погода, мы загорали, разлеглись на берегу и возле лагеря. 
Комаров не было! Насчет комаров на Кольском вообще должна сказать, что их оказалось гораздо меньше, чем я ожидала, отправляясь туда. Мне лично помогал Аутан. Конечно, они есть в большом количестве, и они кусаются. Особенно когда приплываешь на стоянку, снимаешь мокрый гидрик, и за то короткое время, пока успеваешь одеться, получаешь максимальное количество укусов. Перед тем, как ложиться спать, Тема каждый вечер методично уничтожал двух-трех находящихся в палатке (до сих пор кровавые пятна остались на стенках!). Зато ночью все открытые места - руки, лицо, шея - страдали от укусов мелких мошек, которые толпами пролазили сквозь накомарник палатки. И почему-то все укусы особенно начинали чесаться вечером, когда ложились спать. Мы даже по этому поводу с Ольчиком и Глебом сформировали Украинскую Сборную по Вечернему Чесанию :). Как раз утром на Мамане я на тыльной стороне руки насчитала 53 укуса мошек. Так вот: на стоянке возле Мамани комаров не было! 
Мы много купались, плавали, мылись. Ромка проплывал озеро вдоль. Вода чистющая (ее же мы и пили), берега красивые. Коля ловил рыбу на свои шитики (и носил их в кармане брюк), искать которые мы плавали к Мамане. Глеб с Владом тихонько от всех попивали в палатке мою перцовку. Почему-то когда мы их застукали, они прыснули смехом. Ромка принес грибов, немного морошки и зеленой брусники, Глеб на другом берегу нашел землянику (!) - из всего этого сделали чай. Рядом возле стоянки вытекал с горы ручей - пили из него воду. Склоны были просто устланы черникой и голубикой, она становилась крупнее, если подыматься выше по склону. Можно было просто сидеть на одном месте и просто кушать ягоды вокруг, наедаться до отвала, не вставая с места. Очень много разного мха - белого, желтого, разноцветного, разноразмерного. Больше всего мне понравился достаточно высокий (сантиметров до 20), который после дождя или при повышенной сырости становился мягким и имел запах грибов, а на солнце становился абсолютно твердым и ломким. Недалеко от стоянки - на сопках - мы нашли еще одно прекрасное озеро. Это место возле Мамани и озера - просто лучший курорт - голубая лагуна, там только что нет цивилизации, и именно этим он лучший.


02.08
 
Выплывали утром со стоянки, переполненные красотой и теплом того места. И с маленькой надеждой, что п. Тесный - проходим. Маленькой, но живой. К сожалению, она не оправдалась. Полный непроход для ката-4. А порог очень красивый, и не простой. Очень хотелось его пройти. 
После Тесного начались плеса и меандры. Это слово - обозначение извилин течения реки - сказал Влад, и я достаточно долго его запоминала. Я и тогда думала, и сейчас думаю - вот прикольно было бы подняться выше над этими меандрами - посмотреть, как это выглядит сверху. 
Плыли неспеша. Ольчик на Солнышке лежала - загорала. Нам Ромка сказал, чтобы только весла не сушили. Солнце было практически жарким (но мягким!), и мы несколько раз ненадолго останавливались покупаться и поплавать. Влад и Глеб просто падали с ката в воду, их спасы всплывали и держали их на воде, а они баловались - барахтались в воде. Мы с Ромкой прозвали их "речными котиками". Фотографировались на плесах экипажами. Интересно, что где-то с Мамани само собой так получалось, что экипажи стали держаться ближе друг к другу - по четверо (например, делили перекус или на обратной дороге так сидели в машинах, располагались в купе). 
Проплыли разрушенный мост. Это ближайшая точка на маршруте, откуда можно уйти с маршрута в цивилизацию. Я помнила его упоминание в "Записках на бересте". У них тогда возле этого моста с маршрута ушли два человека, которые были основной связующей и организующей силой в команде, после чего остальные члены экипажа рассорились и даже разбежались. У нас в начале похода кто-то сказал, что, согласно психологии походной группы, межличностные проблемы внутри команды начинают возникать с начала второй недели похода. Поэтому у нас часто звучали шутки по поводу "начала второй недели", которое в итоге так и не наступило :). 
Когда перекусывали, обнаружили вырытый вдоль берега окоп. Наверное, когда-то в нем погибали люди. А может, дал Бог, и не погибали. 
У нас в команде был свой профсоюз в лице Влада (председателя) и Глеба, которые каждый день после выхода со стоянки начинали требовать перекус - шоколад с черносливом и, конечно, сало (еще к перекусу добавлялись рыбные консервы, которые мы кушали по две с половиной ложки на каждого - так разделил расчетливый завхоз Тема :)). А вечером, естественно, они же требовали очередную порцию разведенного спирта. 
В тот же день мы проходили п. Ступенька. Порог интересен тем, что уже через несколько дней никто, кроме Коли, не помнил ни как он выглядит, ни как мы его проходили. У меня со Ступенькой связана только картинка - Солнышко на заходе в порог (мы стояли у берега и шли вторыми) и ощущение мелкого дождя в пороге. И больше до сих пор ничего, связанного со Ступенькой, не помню. Даже фото не помогло. 
Последний порог (вернее - большая шивера) в тот день - Малый Каньонный. Красивый порог, белая (но не очень бурная) вода, скалистые крутые берега. Прошли его быстро - не останавливаясь. Ребята говорили, что течение воды в этом пороге похоже на воду в р. Черемош, которую они проходили весной. 
Уже было сумеречно и сразу после Малого Каньонного мы хотели остановиться. Пару удобных стоянок сразу за порогом были заняты, поплыли немного дальше. Справа к реке примыкал ручей, берега были достаточно обрывистые, глиняно-болотные - не удобные для подхода к воде. Рядом начинались болота, и насекомых было просто немеренно (особенно комаров). У меня почему-то с прибытием и остановкой на той стоянке связано ощущение холода - замерзла. 
С этой стоянки (как мы вчера - 11.01.04 - вспомнили) Влад взял за обычай снимать и садить меня на судно на руках. Естественно, во избежание случайного падения :). Глеб всего лишь пару раз баловал такими жестами. Так повелось и особенно стало актуальным позже - уже на озерах, когда мы с Ольчиком (да, скорее всего, как и все ребята) плыли уже без гидриков и даже не мочили ноги. 
Именно в тот вечер на стоянке после Малого Каньонного начался спор (точнее, бурное обсуждение) между Артемом и Колей о смысле жизни: активный, как юла, Артем и спокойный до кончиков волос Коля никак не могли найти взаимности в такой обширной теме. Артему помогали и Тема, и Глеб. Закончилось тем, что разошлись по палаткам каждый при своем.


03.08
 
Это было, наверное, самое веселое и оживленное утро. Мы опять дежурили, но Глеб проснулся раньше и не стал меня будить. Я вынырнула из палатки, когда практически все уже позавтракали. В лагере царило какое-то непонятное оживление. Оказалось, на стыке ручья и реки (вода в ручье была достаточно холодной, а в реке - наоборот - теплой) как будто замерла стая весьма крупного сига - штук 30. Самые большие были размером почти в локоть. И пока Коля возмущался, что нет шитиков, на которые ловится сиг, Артем начал просто вытаскивать рыбу на мух, которых было на стоянке валом. В течение 3-5 минут менялась одна муха на одну рыбу. Очень скоро дефицита рыбы уже не было, уже мухи и оводы оказались в дефиците. Сразу же Глеб с Владом организовали фирму "Мухи и Ко", а Тема - альтернативную "Овод и Ко". И толпа мужчин с обнаженными торсами (так как голое тело привлекало насекомых!) гасали по лагерю в охоте за наживой для рыбы. Насекомые на стоянке быстро закончились (или просекли, в чем дело), а рыба все равно оставалась: мы каждую из них видели с берега. Такое впечатление, что они ждали, пока мы их всех выловим :). Мы даже забыли, что это - утро, и все уже позавтракали, и на тот момент жарить или обрабатывать рыбу никто не будет. Так как это все-таки было мое дежурство, я ушла к берегу на продолжительные 3 часа ее чистить (вечером предстояла еще ее жарка!). Наловили порядка 24-25 рыб - больше, чем по 3 на каждого! Перед отплытием мы с Владом рыбу натерли солью и плотно обложили болотным сорняком - хвощем. Влад сказал, что так она не испортиться до конца дня. И действительно - не только не испортилась, но даже приобрела какой-то специфический приятный аромат. 
Сразу же после выхода со стоянки, за поворотом вдали над рекой показалась гора Пзяярви. Она почему-то упоминалась практически во всех отчетах походов по Кутсайоки обязательно с указанием ее высоты - 488 м. Вид обалденный, река красивющая. Берега уже не скалистые, а лесисто-болотные. Погода тоже нас радовала (умели мы ее создавать!): тепло, но не жарко, и не особо светило солнце, и вроде как дождь собирается, но так и не пошел. Опять "не сушим весла", меандры, делим одну шоколадку на один кат - как перекус - не причаливая к берегу. Несколько раз причаливали с другой целью: Ромка, Коля, Влад ходили в поисках грибов и морошки. Морошки не находили совсем, грибы попадались весьма редко и только Ромке. 
Подплыли к п. Водопадный - самому мощному и сложному проходимому порогу на маршруте. Вокруг него столько стоянок, что это уже чуть ли не цивилизованное место отдыха на природе. Людей просто валом. Много катов. На сплав - живая очередь. Многие просто катаются по нему, проходя его бесчисленное количество раз. На прибрежных камнях разложено несколько "полян" - столов, за которыми пьют люди. С одной такой компанией познакомились, пока ждали нашей очереди, обносились, наблюдали за сплавляющимися. Они из Питерского турклуба, а парень, с которым я общалась, сам родом из Киева. Позже, уже перед отплытием они нам рассказали, что спустя минут 15 после Водопадного река под углом 90 градусов поворачивает вправо, а как раз на углу поворота возвышается вертикальная скала, под которой есть маленькая, не совсем обжитая стояночка максимум на две палатки. Мы, в принципе, собирались плыть еще дальше, но они посоветовали остаться на той стоянке, поскольку дальше по ходу нет такого интересного места. Они не ошиблись! 
Порог Водопадный по крайней мере поражает - как порог для прохождения. Он достаточно длинный, состоит из четырех ступеней, две последние из которых скрыты за поворотом. Самая мощная - первая, за ней сразу же поменьше - вторая, после корой большая бочка. За поворотом - немного дальше - третья и через такое же расстояние - четвертая. 3-я и 4-я поменьше, приблизительно 2 к.с. Мы обнесли вещи за вторую ступень, третью и четвертую шли груженными. 
Если честно, я боялась идти в порог. Он устрашал своей мощью, но одновременно и манил. Очень сильно. Мы даже поставили страховки, и, мне кажется, все, особенно страхующие, волновались. Солнышко шел первым. Прошел удачно. Мы шли вторыми. Когда мы шли по первому сливу, пошли немного левее основной струи, вследствие чего левый баллон пролетел над камнями, и Глеб чуть не вылетел с коленной посадки. Но прошли. Когда причалили, я сначала бухнулась в воду - напилась и поблагодарила реку за то, что осталась жива, а потом выругалась (уже на суше) и разревелась в вовремя подставленное плечо Влада. Мы захотели пройти порог еще раз. И вот уже во второй раз Выхухоль прошла просто идеально. Хотя второй проход впечатлил не меньше первого. Отчалив и пройдя 3-ю и 4-ю ступень так же успешно, мы действительно минут через 15 нашли это сказочно красивое место и дальше плыть уже не захотели. 
Скала, которая вертикально возвышалась над рекой и чуть менее вертикально над местом для стоянки, дальше, со стороны материка, становилась более пологой. Как только мы причалили, все по-очереди, конечно же, ломанулись на скалу. С нее открывался потрясающий вид: на реку (вернее, на одну ее часть и на сам поворот), на бескрайние таежные леса вокруг, на очаровательную и одиноко возвышающуюся гору Пзяярви. Садящееся солнце раскрашивало горизонт низкого неба в нереально красивые краски. Поскольку еще не было поздно, начали заниматься кто чем: Глеб ушел в природу (как оказалось позже, они нашлись с Владом и распивали настойку эхинацеи); Артем и Коля продолжили утреннее занятие - ловили рыбу, Коля даже вырезал давно обещанную вторую удочку; Ромка долго купался, плавал; на Тему скала навеяла воспоминания об альпинисткой молодости. Мы с Глебом все еще продолжали дежурить в тот день, и мне опять пришлось чистить наловленную рыбу, Глеб участвовал стоя надо мной и отмахивая бесчисленное множество слетевшихся мух. А потом мы все дружно и очень долго жарили наш улов - и утренний и вечерний. Рыбы было немеренно. Я наелась только рыбьими головами - свежими и поджаристыми. 
А после ужина Тема продолжил наш праздник. И первой в тот вечер он пел песню "Лето - это маленькая жизнь…".


04.08
 
Утром продолжилось поочередное восхождение на скалу над стоянкой. Место действительно было очень красивым, можно даже сказать более того - слегка сказочным. 
Наши два ката шли по ровной воде абсолютно по-разному: Солнышко - ровно, не спеша, размеренно; Выхухоль - то останавливались и либо просто отдыхали, либо купались, а потом резко обгоняли Солнышко. Впереди нас ожидал вход в Тумчу. 
Во многих отчетах пишут, что Кутсайоки впадает в Тумчу. На самом деле немного не так. Кутсайоки сливается с Тумцайоки, а дальше уже после слияния течет река Тумча, которая, в свою очередь, впадает в Тумчинское озеро, а дальше - через территорию, затопленную искусственно, - начинается Иовское водохранилище. И еще: до поездки из всех отчетов я знала, что Кутсайоки (в переводе с финского) значит "Река смерти". На самом деле (как рассказали ребята из Питерского турклуба) это значит "Река, бросающая вызов". 
Глеб очень хотел, чтобы Выхухоль вошла в слияние первой. И все-таки на том этапе мы шли вторыми, а слияние появилось так неожиданно, что, не взирая на максимальные усилия основных гребцов, мы не успели обогнать Солнышко. 
Немного о нас, о капитанах наших суден: как-то я мельком слышала разговор Ромки с Колей. Ромка спросил Колю: "Ну что, тебя слушаются?" Коля: "Да будто бы слушаются…" (Как Коля командует, рассказывает Артем: "Перед порогом задаем Коле вопрос: - Куда плывем? Коля: - Туда. - Куда - туда? - Ну - туда! - Куда именно - вправо или влево?... А судно уже входит в порог…":)) Коля спрашивает Ромку: "А тебя?" (в смысле - слушаются?). Ромка (шутя, конечно): "Да хорошо еще, что с судна не выбрасывают…". Вот такие у нас капитаны - классные! На мелких порогах и на шиверах мы на Выхухоле зачастую плыли так: Влад всегда говорил, что он не слышит ничего, что кричит Ромка. Ромка во многом полагался на нас - передних - нам лучше было видно подводные камни. Влад кричит: "Камень под левым баллоном!" - и резко гребет вправо, тогда я в свою очередь: "Камень под правым баллоном" - и гребок влево. Затем - камень посреди баллонов, мы на него садимся (или же удачно проходим!). Вот такой у нас был экипаж - густонаселенный профсоюзными представителями. 
После входа в Тумчу практически сразу за поворотом - порог Котел. Красивый порог. Неоднозначный, с хорошей бочкой. И проходить его можно было по-разному. Думаю, что при даже немного большей воде он бы особенно впечатлял. Тумцайоки сразу отличилась совсем другими берегами: дно реки и берега были во многих местах песчаными, при чем песок немного отдавал красным оттенком и почему-то блестел. Как объяснил всезнающий Влад, песок был в большой пропорции с примесью мелких кусочков слюды. Очередной курорт на маршруте, в этот раз - с песчаным пляжем. Тем более, что вода почему-то оказалась теплее, чем в Кутсайоки, да и солнышко припаливало.
Мы обнесли Котел и проплыли еще метров 400 вверх по течению к порогу Яма. В этом месте ребята (Ромка, Тема и Коля), когда шли по Тумче несколько лет назад, тоже стояли на стоянке. Говорят, с тех пор эти места (в районе Ямы и Котла) очень обжились, чуть ли не до цивилизованных стоянок, и достаточно сильно - мы не могли этого не заметить - замусорились. 
В тот вечер был бесподобно красивый закат. Он был буквально по всему небу, не только с одной стороны. Просто чьи-то реализованные фантазии. В обе стороны реки абсолютно разный: вверх по течению - розово-красно-синий, вниз - желто-оранжево-голубой. А над рекой от нагретой за день воды подымалась дымка. Невероятно и нереально красиво.


05.08
 
Первое, что я увидела, когда вышла утром из палатки - Влад что-то делал с обрубком дерева. Оказалось - вырезал трубку! Сигарет у нас не было еще с Сомнительного. И теперь мы с радостью дошли до курения чая. 
Сегодня день рождения у Светы - жены Артема, которая осталась в Киеве. А у нас - дневка. Мы решили сделать себе праздничный ужин - с вареньем и блинами. День тянулся немного вяло и как-то сыро. Влад с Глебом с утра занялись уборкой территории (мусора было более чем), долго все убирали и жгли мусор. Очень скоро мы обнаружили, что загажена не только территория стоянки, а и окрестности, при чем в прямом смысле. В радиусе 50 метров вокруг стоянки чернику собирать было невозможно, да и передвигаться приходилось с трудом, тщательно присматриваясь, что же под ногами. Все равно черники и голубики на варенье насобирали. Размяли ее с сахаром - получилось обалденно. Ребята практически с самого утра занимались баней - накладывали печку из камней, жгли в ней дрова (на протяжении почти 7 часов!), уже позже, под вечер, мастерили "стенки" бани из полиэтилена с помощью скотча. Холодным бассейном для нас была река, которая на самом деле даже и холодной-то не была. 
Именно с этой стоянки у нас началась грибная эпопея. Грибов было столько, что даже у меня получалось их находить (правда, у Глеба это так и не получилось за весь поход). Конечно, никто по сбору грибов не сравнился с Артемом. Его завезли на противоположный берег, где он достаточно надолго пропал в лесу, а вернулся с полным большим пакетом грибов. Как он потом рассказывал, оказывается, он чуть не потерялся - на некоторое время он потерял ориентиры, где находиться река. 
Днем занимались кто чем, по-очереди отсыпались в палатках. Вечером пошли в баню. Я в такой бане была впервые. Но это была действительно настоящая баня (разве что только стены были из клеенки, а не из дерева)! Все как положено - парились, поливали камни водой, даже больше - жарились, били друг друга вениками, а потом - в воду. И так 3 раза - как и полагается в бане. А потом - распаренные, помытые, свежие, расслабленные и наполненные сил одновременно - мы приступили к нашему заранее приготовленному праздничному ужину. День рождения все-таки. 
Вообще наши супруги, которые отпустили нас (Антон - меня, Света - Артема) в этот поход - уже изначально молодцы и очень смелые люди. За них отдельно, и хотя бы только по этой причине, стоит выпить. А мы пили еще и за день рождение Светы, которая отпустила своего мужа в поход, зная, что его не будет рядом в ее день рождения. 
На ужин, кроме обычного, были еще жарено-тушеные грибы, блины и варенье из черники и голубики (настоящие!). Мы сообща готовили этот ужин: все собирали чернику, все - грибы; Ольчик с Артемом жарили блины (под конец похода они вдвоем достигли полного мастерства в жарке блинов в походных условиях на костре); мы с Ромкой перетирали чернику с сахаром, не без удовольствия каждый раз пробуя, достаточно ли там сахара; Влад, как обычно, смешивал спирт с водой и тоже, конечно же, пробовал свое произведение время от времени. Как говорит Ромка, вечер удался.

06.08 
Первый порог утром - Яма, который мы прошли, еще не снимаясь со стоянки, - очень порадовал. Сразу после слива бочка. Вода вследствие дождя немного поднялась, и мы предполагали, что она закусывает. Попробовали морковкой - оказалось, что нет. Хороший порог - тренировочный, чем-то напоминает наш Гарт. Его прошли не только судна с экипажами, но еще и Ромка, и Тема самосплавом с веслом. 
Подплыли через 400 метров к Котлу. Достаточно быстро и - ух! - классно его прошли. И на Яме и на Котле вода всех намочила - глубоко плюхнулись. На фотографиях это потом было отчетливо видно. И если Влад с Глебом все время жаловались, что у нас на Выхухоле греб только левый баллон (т.е. они вдвоем), то фотка с Котла доказала: если бы я там не выгребала по полной - не известно, чем бы все закончилось. 
Все остальные пороги в тот день, т.е. до окончания порожистой части нашего маршрута мы шли груженными. Река стала шире и более разнообразная. Каждый порог или шиверу было слышно загодя, мы останавливались, одевали каски, садились в посадки и шли вперед. Было как-то очень весело, легко, непринужденно - и внутри, и между нами, и в порогах. 
Порадовал своей извилистостью порог Шляпа - последний порог на маршруте. Посреди реки большой каменный остров, который с обеих сторон огибает вода. Мы пошли, конечно же, более сложным путем. Шли груженными, поэтому весьма интересно было поднапрячься и вписаться в траекторию. Солнышко слегка развернуло, но они справились - направили кат обратно в струю и успешно прошли порог. На этом закончились пороги на маршруте. 
Шляпа был уже практически совсем оцивилизован: там даже стояло несколько старых фургончиков, в которых отдыхали люди, сохло белье на веревках. Рыбаки ловили рыбу, возмущались, что катамаранов больше чем рыбы. Сюда уже доходил катер, который подбирал группы и отвозил их в Зареченск. Честно говоря, я предполагала, да и настраивалась почему-то, что мы тоже поедем на катере, быстрее доберемся до цивилизации, откуда уже можно будет позвонить родным. 
Пару днями позже на озерах я внезапно осознала, что то чувство опасности моей жизни, охватившее меня еще до начала похода и имеющее место быть на протяжении всего похода, с выходом на озера ушло. И потом появилось-вернулось-вспомнилось другое - волнение за своих родных, за доцю, за Антона. И именно эти последние дни на озерах были для меня тяжелы психологически: я как бы и могла бы, но все же не могла связаться с домом и узнать, как они там. Часто уже на озерах ловила себя на том, что в течение какого-то времени (минут, часа) подряд я рассказываю нашему экипажу всякие истории о моей доце. 
Место входа Тумчи в озера оставило неизгладимое впечатление. Во-первых, усталость и напряг: мы уже достаточно долго плыли, гребли веслами в основном на автомате, все хотели остановиться на стоянку, но никак не могли найти подходящее место для стоянки. Просматривали несколько, останавливались, а потом снова двигались вперед. Во-вторых, ужасающее зрелище: берега - сплошные болота, мы плывем по искусственно затопленным территориям. Под нами виднеются затопленные земли (как будто еще живые) и деревья, с ужасным названием - топляки. Вокруг - такие же, только полузатопленные земли, берега, островки, наполовину торчащие из воды и часто поваленные сосны. И вода: вокруг, впереди - без края. Земля как будто загибается к горизонту. Очень мрачно и зловеще. Наиболее четко описывающее словосочетание - Конец Света. Мне в том месте было реально страшно. Все умолкли, каждый погружен в себя. Мы действительно как-то чутко и глубоко тогда чувствовали: друг друга, настроение, и особенно - природу. 
Еще отсутствует всяческое направления реки. Впереди - огромное озеро, налево - маленький залив, практически непроход. А нам то надо было плыть именно в этот заливчик. Не заблудились - спасибо Адмиралу - вывел! Как-то уже на озерах - на одной из стоянок Артем утром рассказал: "Сегодня Адмирал, выходя из палатки, напевал "…Надежда - мой компас земной…". Уж если такое поет Адмирал - это по крайней мере пугает!". Посмеялись. 
Тогда - в этом непроходе - мы первый раз встретились с катером из Зареченска. Он тоже проплыл этот непроход (и как?!), и весело нам сигналил - каждый раз, когда мы с ним пересекались. Вот и "…навстречу плыл катамаран…". В одном месте мы высадили Влада на берег сорвать гриб, увиденный с воды. Он потом рассказывал, что на дереве видел след от когтей, очевидно, медведя. Когда начались острова, наконец-то полегчало. На очередном мы нашли подходящее место и остановились на стоянку.


07.08
 
В тот день все просыпались как-то неспеша. И хотя это было снова наше дежурство, Глеб опять сам приготовил завтрак, не разбудив меня. Хотя ему, конечно же, во всем помогал Влад. Не исключено, что они продолжали проверять аптечку на предмет наличия спиртовых настоек. 
После завтрака капитаны решили, что надо поставить на судна паруса. Сказали, что, когда они проходили эти озера несколько лет назад, они прошли все расстояние, которое мы одолели за три дня, чуть ли не за 4 часа под парусом с попутным ветром. Тема с Колей занимались парусом для Солнышко, Ромка - для Выхухоли. Остальные либо ушли за грибами (Влад и Артем), либо морально помогали (Ольчик), либо поедали чернику в окрестностях (я), Глеб же ушел сливаться с природой. Солнце на удивление и особенно в сравнении с пасмурным вечером накануне было жарким, но вода в озере - холодная. Хотя ребята и купались. И ощущение было такое, как будто лето заканчивается. Как будто это уже пришло Бабье лето. 
Очень скоро оказалось, что грибов насобирали уже много, а время подходит к перекусу. Решили поджарить грибы, покушать и отплывать. Я, как дежурная, села чистить грибы. Опять на день нашего дежурства выпал самый большой урожай - на этот раз грибов: в почищенном, порезанном и плотно утоптанном виде они не поместились в оба наших котла. Чтобы поместить оставшиеся, пришлось эти слегка прожарить, а потом дополнить котел. В целом чистила и резала грибы я совместно с Владом часа три. Влад, добрая душа, существенно упростил систему чистки грибов, используемую ранее с подачи Ромчика, и мы фактически грибы только мыли, очищали грязь и резали (сколько же мы съели мяса в виде жаренные червяков в этих грибах!). Влад даже, в подтверждение своих слов о съедобности таких грибов, показал, что он кушает их и в сыром виде. Я тоже немного попробовала. Действительно, все обошлось. Но за время нашей кухонной работы в лагере кое-что произошло. 
Для удобства установки парусов каты были вытащены на берег. Внезапно все услышали как будто хлопок, очень громкий. Обернувшись, увидели нашу Выхухоль с лопнувшей шкурой по одному баллону. Глеб спускался с горы. В ту минуту я поняла, да и Влад посоветовал, что с ним какое-то время лучше не общаться - опасно. Уж если он небольшой порыв на Сомнительном долго и мучительно переживал, то в этот раз - ни за что ни про что - вот так просто, отдыхая на берегу… Ромка принялся чинить шкуру. Через полчаса Влад оторвался от наших грибов, пошел на разведку состояния Глеба. Вернулся, сказал, что еще рано. И только практически перед отплытием с Глебом можно было общаться. Ничего, пережил. Выхухоль зашнуровали (именно это самое точно название того, что с ней сделали) и решили, что в таком состоянии до Зареченкска она доплывет и нас довезет (так и стоит она пока не отремонтированная - 13.01.04., надеюсь, до мартовских соревнований она все-таки будет починена). 
На озера мы вышли уже после обеда. Виды вокруг - один красивее другого. Грести долго не смогли (уже не говоря о том, чтобы идти под парусом!), так как дул сильный встречный ветер, даже небольшие волны поднялись. 
Остановились на небольшом, но уютном островке. Влад присмотрел уютное стояночное место в довольно укромном уголке, без ветра. Но Адмирал решил стать на ветреной (очень!) стороне острова, уверив всех, что зато там не будет мошек и комаров. Ну конечно, мы все согласились. Еще подсобрали грибов, опять поджарили блины и сделали варенье.


08.08
 
В этот день прямо с утра меня наконец-то посадили рулевым (Ольчик уже накануне рулила). Кроме парусов ребята к суднам приделали еще и рули, сделали их из запасных весел. Как оказалось позже, Коля к Солнышку еще и киль приделал, отчего экипажу типа как было тяжелее грести, и именно поэтому Солнышко отставал. Мы поменялись местами: Глеб с Владом впереди, мы с Ромкой - сзади, и я начала рулить, а ребята - только грести. На самом деле я прорулила всего 2 дня из двухнедельного похода. Но если послушать Влада с Глебом, то, по их словам, я - просто рулевой монстр, который подгонял их сзади бичами. Особенно им понравилось, как иногда, когда они начинали особо активно трепаться и забывали, что же они делают на судне, и для чего они оба сидят впереди, я им напоминала: "Гребите, гребите!" В общем, именно в этом они видят причину наших резких обгонов Солнышка. 
Несколько раз баловались с парусом. Можно сказать, несколько раз даже шли под ним. Увлекаясь ходом ката под парусом, иногда заплывали по диагонали в другую сторону озера, не по прямому курсу, а потом опять выгребали на самую короткую траекторию движения. Солнышко же плыл размеренно, в одном темпе. Ребята на нем мило играли в, относительно нашего общения на Выхухоле, интеллектуальные игры - города, угадывали слова и т.п. Оба экипажа наслаждались совместным времяпровождением, солнцем, необычными своей необычайной красотой пейзажами, шутками и последними днями похода. Пару раз на озерах мы подбирали с воды мусор - нетонущие пластиковые бутылки. 
Пристали на стоянку довольно рано - так, что еще осталось почти полдня свободными. Остановились опять на достаточно продуваемом острове. Под конец похода Адмирал полюбил ветреные стоянки :). Палатку почти-почти сносило ветром. На этой стоянке - с обеда и до вечера - продолжился начатый ранее бесконечно безитожный разговор-спор между Колей (максимальное сосредоточение спокойствия) и Артемом (максимальное сосредоточение движения). Спор длился часа 4 и, насколько я поняла, так и закончился ничем. К их обсуждению периодически и по очереди, и все вместе присоединялся, наверное, каждый, но все равно энергия их спора оставляла только их двоих в центре него. При чем он иногда настолько непредсказуемо переходил с темы на тему, что все остальные в конце концов просто тешились этой милой парой. 
В этот вечер мы просто укурились Владовской трубкой с чаем, допили все оставшееся спиртное - минимум двойную дозу. И хоть у нас еще и оставался один день на воде, следующая стоянка предполагалась уже очень близко к Зареченску, и мы особо остро ощущали окончание похода. Пили за наш поход. Я абсолютно искренне сказала ребятам спасибо за все. 
Когда мы с Ольчиком и Темой пришли в палатку спать (Глеб ушел раньше), он вдруг проснулся, вылез из палатки, и долго злостно выковыривал из земли камни под днищем нашей палатки :).

09.08 
Выплыли к цивилизации. Вдали виднелась дамба, по воде иногда проплывали моторные судна, на берегах появились какие-то деревянные постройки, по правому берегу над лесом виднелись линии электропередач. Нашли место для стоянки. Похоже, именно там многие группы заканчивали свои водные походы. Как по мне, витала грусть. 
Влад с Глебом, конечно же, сразу ломанулись в Зареченск - за водкой. Меня не взяли, аргументировав тем, что девушкам в селе в тайге появляться опасно - а вдруг придется убегать. 
Ольчик занималась подготовкой к ужину, ребята - антистапелили, я пошла в лес за черникой. 
Природа напоследок даровала нам очень теплый и солнечный день, и особенно - необычно красивое небо на закате. А вот ночью в первый раз стало холодно. Как будто с нашим уходом с Кольского уходило лето, и приходила осень. Воздух в лесу, лучи солнца, пробивающиеся сквозь деревья, черника, грибы - все пахло окончанием похода. Тогда, проведя около часа в лесу с ним один на одним, я наконец-то почувствовала, поняла, подружилась с лесом. До этого я лес больше боялась. 
Часа через 3 вернулись Глеб с Владом. Глеб нашел меня в лесу и мрачно так произнес: "Иди - в лагере траур". Оказалось, что траур по разбитой по дороге с Зареченска бутылке водки. На самом деле так никто и не знает, что у них там произошло по дороге из Зареченска. Имеем факты: из двух купленных бутылок они действительно донесли только одну, по возвращению в лагерь Глеб еще с часик прятался от всех в лесу, а Влад просто завалился в палатку и проспал до ужина, сказал, что плохо себя чувствует. Зато они донесли бутыль пива, и каждому досталось по чашке. А на счет водки на следующее утро многие говорили, что может и хорошо, что они ее разбили, и одна бутылка не особо хорошо пошла (ну конечно, водка не покатила - это после нашего-то спирта, разводимого с речной водой!). 
Мы опять все вместе приготовили праздничный ужин: блины с черничным вареньем, нажарили до отвала грибов с луком.

10.08 
Мы с Ромкой с самого утра, сразу после завтрака, отправились в Зареченск встречаться с водителями, которые нас забрасывали, ранее мы договорились, что они нас заберут. И хотя я была практически шокирована Зареченском, я узнала, что значит село в тайге: идет проселочная дорога, вдруг часть ее оказывается обустроенной фонарями, которые скоро так же внезапно заканчиваются, как и начались. Достаточно большая гидроэлектростанция, с виду абсолютно без людей, довольно широкий мост через бегущую с белыми переливами реку - деревянный! Открытые дома без людей внутри (я заходила - хотела спросить дорогу). Кроме одного-единственного ГАЗика (который я остановила и даже по-быстрому договорилась, что он нас забросит в Кандалакшу, т.к. не была уверена насчет наших водителей - приехали ли они), больше никого в селе так и не встретила. Мало того, буквально пару домов - и село заканчивалось. Я пошла обратно, и встретилась с нашими водителями. Оказалось, что та улица с фонарями - центральная в Зареченске, а двухэтажное здание местного магазина я просто не заметила :). 
Достаточно быстро доехали до Кандалакши. Как-то, когда шли по озерам, на Выхухоле мы обсуждали, что первое каждый скушает, когда доедет домой. Не помню, что говорили Влад с Глебом, Ромка хотел бананчиков и всяких фруктов, я - жареной картошки. Но мы все втроем (кроме непьющего ничего, кроме разведенного спирта с речной водой в походе, Ромки) непременно сходились на пиве. Когда мы добрались до Кандалакши и сгрузили вещи на вокзале, каждый дорвался, до чего хотел. Конечно, первым делом был оккупирован телефон (спасибо Ромке - у него оказалась подходящая к местному автомату карточка). Потом все разошлись по магазинам, Ромка с Колей - закупать еду в поезд, мы с Владом - выпивку. Глеб ушел заряжать мобильник. Позже рассказывает, что заходит он в какую-то местную контору на вокзале и обращается к женщине в окне: "Простите, мы туристы, не могли бы вы нам помочь…" Она перебивает: "Телефон зарядить? Туда, туда!". Смеялись. А потом все равно все сошлись на пиве. Особенно сошлись, я бы даже сказала, разошлись, Артем с Глебом - на Бочкареве крепком. 
В поезд мы все-таки погрузились, хотя не успели сфотографироваться на фоне весьма колоритного Кандалакшинского вокзала. 
В Кандалакше как-то незаметно пролетели два с половиной часа ожидания поезда. Потом мой брат Владик, который встречал и водил нас в Питере, рассказывал, что в Кандалакше находится весьма известный рыбий рынок, на котором, например, семга продается в переводе на нашу валюту по 7 грн за килограмм. Ну что ж, что прожито, то прожито. 
В поезде поедали кабачковую икру, за которой очень соскучился за время похода Адмирал.

11.08 
Прибыли в Питер. Прямо в поезд зашел Владик, который звал меня как в детстве - Солнышко. Мы с ним не виделись порядка 15 лет. Он посвятил нам весь день, мы обошли самые красивые места в Питере. Глеб с Колей решили отделиться от нашей группы туристов-пеших, и, как истинные водники, путешествовали по Питеру по каналам. Владик пошутил, что нам, в общем, можно было плавать на катах по Питеру. Город без сомнения Великий. Питер есть Питер. 
Но самое интересное - мы абсолютно случайно нос к носу посреди города встретились с Глебом и Колей. 
Уезжали с Киевского вокзала (на который прибыли по дороге туда), приглашали Владика в гости.

12.08 
Очень-очень ждали пересечения белорусско-украинской границы. В Чернигове купили нашего - черниговского Белого пива, и Тема в последний раз за поездку достал гитару. Почему-то у меня осталось ощущение, что он пел многие такие песни, которые не пел раньше в походе. Точно - относительно "Товарищ Печень", "А все кончается…", "До свиданья, дорогие!".

П.С. У Ромки в отчете после записей дневника есть еще п. Итоги, выводы, рекомендации.

У меня тоже есть, что сказать под такой заголовок. И то, и второе, и третье сводиться к одному - Люди, Люди, Люди. Те, которые рядом.

Вот такой у нас был поход, такое лето. Это были всего 18 дней, но это была наша маленькая жизнь.